Шнеур Владимир Константинович

Материал из Офицеры русской императорской армии
Перейти к: навигация, поиск
Шнеур Владимир Константинович.jpg
  • Даты жизни: 1880 − после 1918
  • Биография:
Шнеур с нач. 1900-х на военной службе. Корнет, участник РЯВ. После войны - корнет запаса, с сер. 1900-х выполнял секретные поручения Департамента полиции (под кличкой Шпец, в некоторых источниках — Шнец), в 1907 издавал на деньги МВД газету "Военный голос". Ок. 1910 удален от агентурных занятий, находился в эмиграции, преследовался русской полицией за растрату, мошенничество и подлог. В 1914 вернулся в Россию, служил в действующей армии; Окончил Киевскую Школу летчиков-наблюдателей, штабс-капитан.
С 27.05.1917 числился прикомандированным к Московской авиашколе. В ноябре 1917, будучи штабс-капитаном [[9-й гусарский Киевский полк|9-го гусарского Киевского полка, по поручению Н.В. Крыленко, вел переговоры о перемирии с немцами. В эти же дни Шнеур участвовал в операции по захвату Ставки, за что 21.11.1917 был произведен Крыленко в «полковники». В связи с разоблачением его дореволюционной провокаторской деятельности, 25.11.1917 арестован, препровожден в Петроград и заключен в Петропавловскую крепость. :30.01.1918 Ш. был приговорен Пг ревтрибуналом (обвинителем был Г.Е. Евдокимов) «к лишению всех гражданских прав и общественного доверия и изгнанию навсегда из пределов Российской республики».
В связи с протестом Петросовета приговор был кассирован и после нового рассмотрения дела Шнеур был приговорен «к долгосрочному одиночному заключению».

Братья - Шнеур Николай Константинович, Шнеур Александр Константинович и две сестры.


Отрывочные сведения, требующие проверки и сведения в общую картину:

«Прапорщик Шнеур - авантюрист, в 1907 г. предлагавший свои услуги департаменту полиции. После Октябрьской революции, скрыв свое прошлое, вступил в члены РСДРП(б). В декабре 1917 г. и в начале 1918 г. Шнеур работал в Совете Народных Комиссаров в Петрограде, где был опознан и арестован. Буржуазные газеты воспользовались, конечно, этим случаем, чтобы в тысячный раз повторить нелепую клевету, что большевистская партия вербует своих членов из бывших провокаторов и темных личностей. Постановлением Революционного Трибунала от 30 января 1918 г. Шнеур был лишен гражданских прав и общественного доверия и выслан из Советской России.»

«Шнеур — бывший офицер, темная фигура, находилась в связи с охранкой. После Октябрьской Революции этот авантюрист примазался к Советской власти, явившись в Смольный с разоблачением деятельности Лондонского Правительственного Комитета. Солдаты авиационной роты, в которой он был инструктором, дали о нем благоприятный отзыв. Этим и объясняется, что Шнеуру были даны поручения технического характера: он принимал участие в переговорах первых парламентеров с немцами. Как только выяснилось, что Шнеур в 1910 году сделал попытку войти в соглашения с охранкой, он был немедленно арестован Советской властью и заключен в Петропавловскую крепость. Буржуазные газеты и их подголоски пытались придать «делу» Шнеура принципиальное значение. Однако, как выяснилось дальше из бумаг министерства иностранных дел, Шнеур в промежутке от «июльских дней» до переворота 25 октября состоял дипломатическим агентом правительства Керенского.»

«Суд над В.К. освещался в т.ч. петроградской газетой Le Journal de Russie, № от 01/14 февраля 1918 г. По сведениям родственников, В.К. был заключен в Соловецкий концлагерь и там скончался.»

«11 ноября 1917 года от перрона Варшавского вокзала отправился экстренный поезд под номером 401.» «В купе вместе с комендантом находился поручик Шнеур. Он стал парламентером, что называется, «под горячую руку». Шнеур оказался в комнате наркома по военным и морским делам в Смольном совсем по иному поводу. Узнав, что есть нужда в «переводчике», предложил свои услуги. Говорит на трех европейских языках. Знает Гаагскую конвенцию. Офицер. Да еще «представительный вид с бакенбардами».»

«В то же время организация будущей брестской делегации; военная экспертиза была взята силой, причем выделенным военным экспертам было т. Троцким заявлено, что если они не явятся к такому-то часу, то через два часа опоздания будут арестованы. {с. 135} Все явились пунктуально. Шнеур сам явился к т. Троцкому и предложил свои услуги. Его внешняя вылощенность, масса орденов и боевых отличий, прекрасное знание иностранных языков, а также явный авантюризм навели Троцкого на мысль послать его парламентером к немцам, что, как известно, и было выполнено.» «До Бонч-Бруевича должность начальника штаба нового Верховного Главнокомандующего временно исполнял военный летчик 9-го гусарского Киевского полка поручик Владимир Шнеур, который 13 и 14 ноября 1917 г. возглавлял делегацию, участвовавшую в мирных переговорах с немцами на участке Северного фронта. Он разработал план окружения Ставки в Могилеве и руководил сосредоточением революционных войск вокруг Могилева. За эти заслуги Крыленко произвел поручика Шнеура в полковники, «независимо от общей реформы по уничтожению чинов, вплоть до ее проведения». (Из книги Х.И. Муратова, биографа Н.В. Крыленко)

«С экспедицией [в Могилев] ехали в качестве начальника штаба тот же Шнеур и в качестве генерала для поручений генерал Одинцов. (...) пройдоха, каких мало, Шнеур (За заслуги в организации операции по овладению Ставкой Шнеур приказом наркома по военным делам и главковерха был произведен в полковники.)»

«Отдан приказ об аресте начальника штаба отрядов Крыленко подпоручика Шнеура в виду выяснившейся причастности его к охранному отделению.»

У В.Д. Бонч-Бруевича: О Шнеуре. «Н.В. Крыленко знал, что в ставке трудно найти людей, которые были бы подходящи для открытия переговоров с немцами, что там идет огромнейшая внутренняя борьба и среди военных и среди гражданских лиц. Вот почему пришлось намечать из Петрограда тех лиц, которые войдут в делегацию и которые откроют переговоры с командованием германской армии, стоящей против наших войск. Я не помню состава всей этой делегации, но отлично знаю, что в нее вошел капитан Шнеур, уехавший одновременно с воинским поездом, двинувшимся на Могилев.» «Через несколько дней после этого отъезда, когда мы получили по прямому проводу уведомление от Н.В. Крыленко о его благополучном прибытии в ставку и начале переговоров, в правительстве в Петрограде были получены сведения, что капитан русской армии Шнеур — немецкий шпион, очевидно, находившийся в двойном подданстве, при чем сведения эти были настолько серьезны, что не вызывали ни малейших сомнений в их справедливости. Было поручено жене Н.В. Крыленко — Розмирович — и мне сейчас же отправиться на главный телеграф, соединиться прямым проводом с Могилевом, вызвать Н.В. Крыленко и иносказательно объяснить ему, что за птица этот капитан Шнеур, которого обязательно необходимо немедленно устранить от дела, арестовать и доставить под конвоем в Петроград. Мы должны были все это так объяснить, чтобы окружающие не догадались, о чем и о ком мы говорим и, конечно, ни в коем случае не называть фамилии, так как мы могли вполне подозревать, что немецкая организация контрразведки, вероятно, в смутные дни революции, очень сильно развила свою деятельность и могла проникнуть всюду. Доказательство этому у нас было налицо.» «Розмирович предложила описать фигуру, про кого мы будем говорить, указав более всего на бакенбарды, сказав Николаю Васильевичу, что фамилию забыли, а потом сказать, что именно это лицо совершенно такое же, как такой-то, и здесь упомянуть фамилию того шпиона царского охранного отделения, который когда-то провалил нашу соц.-дем. организацию, в которой находились Крыленко и Розмирович». «Николай Васильевич сразу понял, о ком идет речь, понял, что разговор конспиративный, тотчас же отгадал сравнение и вполне присоединился к высказанной мысли, что этот человек с бакенбардами «болен», что его «не надо никуда посылать», что ему вреден климат Могилева и что ему лучше всего жить в Петрограде, куда его нужно «доставить особенно бережно» и «под хорошим присмотром опытных врачей». Ответ был настолько ясен, что мы глубоко были уверены, что недоразумения никакого произойти не может.» «Мы радовались, узнав от Николая Васильевича, что Шнеур еще почти не приступал к выполнению своих обязанностей, хотя переговоры уже начались и в делегации он состоял. Мы радовались, что удалось предупредить во время, но вместе с тем возникла невольная мысль: — А другие, эти новоявленные «друзья большевиков», которые вдруг обнаружились среди низших офицеров старой армии, — они надежны? — Не надо ли их проверить сто раз? Не лучше ли те, которые честнее и прямей поступают и говорят, что драться с немцами готовы, а мир заключайте вы сами, если того требуют от вас солдатские массы, крестьяне и рабочие?..» «В скором времени арестованного капитана Шнеура доставили в Петроград, и он был заключен в Петропавловскую крепость, потом судим и, к сожалению, не расстрелян, а приговорен на долгий срок к одиночному заключению.» «Куда он делся после и долго ли просидел в крепости, мне неизвестно.»

«Шнеур Владимир Константинович — поручик 9-го гусарского Киевского полка, инструктор авиационной роты, член Революционного комитета 5-й армии. В июле 1917 г. выполнял какое-то тайное поручение в Лондоне от имени невыясненной организации. Газета «Революционная Ставка» (1917. 8 декабря. № 10) называла В. К. Шнеура «дипломатическим агентом Керенского». Накануне Октябрьского переворота оказался в Петрограде и с одобрения Л. Д. Троцкого был назначен исполняющим обязанности начальника походного штаба Верховного главнокомандующего Н. В. Крыленко. Состоял кандидатом в члены Военного Комиссариата при Совнаркоме. Участвовал при ликвидации Ставки (г. Могилев) зверски убитого генерала Н. Н. Духонина. 13 ноября 1917 г. в районе г. Двинска (деревня Кухалишки) находился в числе «красных парламентеров» (уполномоченные М. Сегалович, Г. Мерин) для установления перемирия с германскими войсками (вслед за тем, 15 ноября, Ленин и Троцкий выступили с «Обращением» о мире к народам и правительствам воюющих стран). В. К. Шнеур, «пройдоха, каких мало», по мягкому отзыву Н. В. Крыленко, был арестован по подозрению в сотрудничестве с царской Охранкой и препровожден в Петроград для предания революционному трибуналу (большевистская версия). По одной из сомнительных гипотез, был связан с левым эсером, корнетом Преображенского полка Покровским (знакомцем Л. Д. Троцкого), комендантом Зимнего дворца, замешанным в деятельности подпольной организации «Военная лига». Скорее всего, причиной изоляции В. К. Шнеура послужила его случайно раскрытая немецко-большевистская агентурная работа. Странное стечение обстоятельств, отсутствие документальных следов судебно-следственного дела, подозрительная мягкость наказания — высылка (?) за пределы Советской России — и др. говорят в пользу достоверности документа № 17, согласно которому В. К. Шнеур был отправлен в январе 1918 г. для выполнения секретного задания во Францию.»

О Шнеуре — агенте царской Охранки и др. см.: День. 1917. №21, 24 ноября.

«3 декабря [1917 г]. (...) Недурное трио представляют собою русские мирные парламентеры: еврей, доктор из 5-й армии, доброволец немецкого происхождения и гусарский офицер, выгнанный из армии за растрату. (73) Этому почтенному субъекту было разрешено посетить наши авиационные заводы в Англии, так как, несмотря на то, что он подозрителен, у военных властей не было доказательств. (...)».

«Темная личность, б. гусарский офицер, о котором идет здесь речь,— это Шнеур. Солдаты авиационной роты, в которой служил Шнеур, дали о нем благоприятный отзыв, и ему были даны технические поручения во время переговоров о перемирии. Как только выяснилось, что в 1910 г. Шнеур находился в связи с охранкой, он был немедленно арестован и заключен в Петропавловскую крепость.»

З.Н. Гиппиус в Петербургском дневнике. Записи с 7 ноября 1917 по 22 октября 1918: «1917, ноября 27. Манухин уже видел сегодня Шнеура-Шнеца, члена первой мирной делегации к германцам... в крепости! Пухлые черные усы над губой, к щекам закручены, вид Альфонса, в полковничьем мундире, орден. — Я лишь на несколько дней! Пока выяснится недоразумение! Буржуазные газеты затравили меня! Выдумали, что я был охранником при Николае! Я сам, по соглашению с Советом Нар. Комиссаров, решил сесть сюда, до полного выяснения моей невинности. Пусть не ложится тень на Совет! Я готов. Ведь Могилев - это я взял! Я первый народный полковник!»

  • Чины:
  • Награды:

Высочайший приказ по военному ведомству Января 6-го 1905 г., в Царском Селе. Утверждается пожалование Командовавшим Манчжурскою армиею орденов за отличие в делах против японцев с 2-го июня по 20-е июля 1904 года:

– орден Св. Анны 4-й степени, с надписью: «За храбрость»: (...) прикомандированным к полкам Забайкальского казачьего войска: к 1-му Читинскому — состоящему в запасе армейской кавалерии Корнету Владимиру Шнеуру (...)
– орден Св. Станислава 3-й степени с мечами и бантом: (...) прикомандированному к 1-му Читинскому полку Забайкальского казачьего войска, состоящему в запасе армейской кавалерии, корнету Владимиру Шнеуру.
– орден Св. Владимира 4-й степени, с мечами и бантом – корнет (ВП от 25.12.1915, стр.11);
– орден Св. Станислава 2-й степени, с мечами – поручик (ВП от 14.08.1916, стр.49);
– орден Св. Анны 2-й степени, с мечами – поручик (ВП от 30.09.1916, стр.48).
  • Дополнительная информация:
-Поиск ФИО по «Картотеке Бюро по учету потерь на фронтах Первой мировой войны 1914–1918 гг.» в РГВИА
-Ссылки на данную персону с других страниц сайта "Офицеры РИА"
  • Источники:
  1. http://ru-civil-war.livejournal.com/289682.html
  2. РГВИА: Ф.1621 Оп.1 Д.11


  • Фотографии: